Интервью // Дмитрий Головин: «У нас хорошая сборная». Часть 1

Баскетболист «Нижнего Новгорода» Дмитрий Головин наслаждается отпуском в родной Самаре и делится с читателями SportLook воспоминаниями о тренировках под руководством Дэвида Блатта и своим взглядом на проблему лимита и натурализации иностранцев.

— В прошлом году вы попали в расширенный список кандидатов в сборную России, вызывались Дэвидом Блаттом на сборы. А в этом ни в каких списках потенциальных сборников вашей фамилии не было. Как считаете, почему?

— В прошлом году был именно расширенный список, куда попали чуть ли не тридцать человек. А на первые сборы вызвали пятнадцать игроков, из которых дальше со сборной работали только четверо или пятеро. Я и попал в этот расширенный список. Возможно, если бы и в этом году подготовка сборной велась похожими методами, меня бы вновь куда-нибудь вызвали. Но сейчас времени на подготовку у сборной гораздо меньше, поэтому Блатт и просматривает меньше баскетболистов. Да и я сам ведь фактически не играл полгода. Так что всё зависит, в том числе, и от меня: тренируйся, играй, и тебя вызовут в сборную…

— Тем не менее, какое-то время в составе национальной команды вы провели. Какие остались впечатления от общения с партнёрами и тренерами, от атмосферы в коллективе?

— Прежде всего вспоминается, что было тяжело, та неделя получилась очень напряжённой. В клубе иногда, если игрок устаёт на тренировке, он начинает медленнее бегать, а в сборной вся неделя прошла на максимальных «оборотах». Приятно было поработать, пообщаться со всеми, узнать кое-что новое. Дэвид Блатт разговаривал с нами и перед тренировками, и после, высказывал какие-то мысли и наблюдения. И после сборов Блатт поговорил с каждым, отметил, кому и над чем нужно поработать. Мне посоветовал прибавить в броске, в агрессии под кольцом. В общем, мне очень понравилось.

— Никита Балашов, который вызывался на сборы в этом году, отмечал, что Блатт уделяет основное внимание тактике. Год назад было так же?

— У нас был сбор, на котором Блатт хотел в первую очередь посмотреть, кто что может. Поэтому давал больше каких-то игровых упражнений, чтобы оценить возможности каждого. Сейчас же характер сборов иной: костяк команды примерно определён, поэтому необходимо уже отрабатывать тактические элементы.

— Конкуренция за место в составе сборной как-то сказывается на атмосфере внутри коллектива?

— Конкуренция — это часть спорта. Да, ты понимаешь, что кого-то возьмут в сборную, а кого-то нет, но всё зависит от тебя и твоей игры. Тебе же не надо бить морду условному конкуренту, чтобы попасть в сборную. А у нас все ребята хорошие, никто никому подлянок не делал. Я всё-таки осознаю, что мой уровень пока далёк от сборной и нужно ещё прибавлять и прибавлять. Поэтому не было никаких обид, а просто осознание того, что нужно продолжать работать дальше.

— Дэвид Блатт любит брать в сборную кого-то из молодых игроков. В прошлом году, например, взял на Евробаскет Семёна Антонова, и тот стал одним из открытий турнира…

— Да, я очень рад за Семёна. Он уже второй раз был на сборах сборной. У него всё очень хорошо совпало: и проблемы с выбором игроков на его позицию, и он сам своей работой приглянулся тренерам и хорошо себя проявил. Надеюсь, и в этот раз у него всё будет хорошо и он попадет на Олимпиаду.

— Как, кстати, оцениваете шансы нашей сборной пробиться на Олимпиаду?

— Как очень высокие. У нас хорошая сборная. Конечно, всякое бывает, но выходить на Олимпиаду мы должны. Сейчас сборная подготовится, сыграет предварительные матчи, и тогда посмотрим, как будет дальше складываться.

— Со сборной напрямую связан один из вопросов, которые сейчас стоят перед российским чемпионатом: возможная реформа или вообще отмена лимита на легионеров? И как это скажется на вас лично и в целом на нашем баскетболе?

— Конечно, мне выгодно, чтобы лимит сохранился. И не потому, что я боюсь того, что приедет кто-то сильнее меня. Мне кажется, что в нынешней ситуации это просто убьёт наш баскетбол. У нас сейчас просто нет отлаженной системы подготовки молодых баскетболистов. Есть отдельные школы, например у московского ЦСКА, которые выпускают уже готовых, грамотных баскетболистов. А системы наподобие студенческого баскетбола в США, откуда игроки без проблем переходят в НБА и, бывает, в первый же сезон набирают по 20 очков, у нас нет. И, переходя во взрослый баскетбол, наши молодые игроки, иногда даже не знающие большинства баскетбольных терминов, доучиваются уже в клубах.

К тому же у нас так принято, что тренеры при прочих равных предпочитают выпускать на площадку иностранца, чтобы отчитаться за потраченные на него деньги. Он же, отыграв в нашем клубе год и заработав себе личную статистику, уезжает в другой клуб. А наши покупают ещё кого-нибудь, не заботясь о подготовке собственных баскетболистов. Взять, к примеру, прошлогоднее выступление в «Енисее» Маркуса Уильямса. В Красноярске он отлично себя проявил, заслужил приглашение в УНИКС. А с чем остался «Енисей», занявший в этом сезоне последнее место? Не лучше ли было потратить прошлый год на то, чтобы наиграть кого-то из молодых ребят? У нас же один сезон команда «выстреливает», отчитывается за вложенные в неё средства, получает ещё, закупает себе новых иностранцев… А где построение команды? С этим более-менее неплохо обстоит дело как раз у «Нижнего Новгорода», где до уровня сборной довели Семёна Антонова.

— У нас каждый год становится проблемой составить сборную из двенадцати человек, которые не вызывали бы сомнений. Который год, например, нет полноценного разыгрывающего…

— Скорее, нет разыгрывающих европейского уровня. Вообще же, они есть. А нет чистого разыгрывающего в сборной — так она научилась играть без него, обходиться теми игроками, которые есть. Третье место на прошлогоднем Евробаскете, в конце концов, заняла.

— Ещё несколько лет — и поколение Кириленко и Хряпы закончит выступления за сборную. У нас есть, кем их заменить?

— Конечно. Игроки есть, главное — постепенно их вводить в состав. Блатт тем и отличается, что постоянно вводит в состав новых игроков, говоря тем самым: тренируйся, доказывай свою состоятельность — и ты попадёшь в сборную. А с ролью лидера справятся те же Алексей Швед, Андрей Воронцевич или Сергей Быков.

— Как вы относитесь к практике натурализации, раздаче спортсменам, в том числе и баскетболистам, российского гражданства?

— Я не очень понимаю смысл этой практики, причём не только применительно к баскетболу, а вообще. Мы хотим, чтобы в нашей сборной играли наши, российские ребята, за которых мы будем болеть, пусть сборная и не будет добиваться каких-то громких успехов? Или нам нужен результат, достигнутый любой ценой с помощью привлечённых со стороны игроков? Лично мне, как болельщику, не очень интересно будет болеть за сборную, в которой играют вчерашние иностранцы, это уже и не наша сборная получится.

— Но ведь в 2007 году именно «вчерашний иностранец» Джон Роберт Холден своим броском принёс России победу на чемпионат Европы.

— Видя, как Холден выкладывался на площадке, я, безусловно, переживал за сборную и очень рад за баскетболистов, добившихся той победы. Но общий принцип от этого не меняется: я бы предпочёл развивать наших игроков, возможно, и они смогли бы добиться подобного успеха… Всё равно же необходимо работать на развитие детского и юношеского спорта. Все об этом говорят, но ничего реального не происходит. Начнём с того, что в Самаре, например, почти невозможно найти открытую площадку, чтобы поиграть в баскетбол. Или: на миллионный город всего один закрытый каток, Дворец спорта ЦСК ВВС, где одновременно на льду занимаются едва ли не четыре группы детей. Смешно, но при этом самарский хоккей воспитал Семёна Варламова — игрока, ставшего чемпионом мира.

— Вы сами воспитанник самарского баскетбола. Могли когда-нибудь оказаться в команде родной Самары?

— Я был в «Красных крыльях» на просмотре летом 2009 года, но ничем особым тогда не выделялся и в итоге уехал в Нижний Новгород. С тех пор возможности перебраться в Самару не было. Хотя будь такая возможность, при равных условиях с другими клубами, выбрал бы «Крылья». Всегда хочется играть дома.

— Сейчас идут разговоры и даже предпринимаются какие-то шаги по объединению турниров ВТБ и ПБЛ. Вполне возможно, что чемпион России будет определяться в рамках турнира с участием иностранных клубов. Каково ваше мнение на этот счёт?

— Мне хочется, чтобы у нас был сильный чемпионат с участием минимум пятнадцати российских команд. Сейчас можно найти двенадцать сильных команд, примеры «Нижнего Новгорода» и «Спартака-Приморье» показывают, что можно добавлять по одной команде каждый год. Проводить наш чемпионат, скажем, в четыре круга, плюс ещё еврокубки — и больше ничего не нужно…

— От будущего турнира «Спартак-Приморье», скорее всего, «отцепят»…

— Этого я тоже не понимаю. Как можно по географическому принципу лишить команду права играть? Мы же все живём в России, в одной стране. Хотя летать во Владивосток на самом деле тяжело.

— Сейчас у нас на всю страну чуть больше тридцати профессиональных баскетбольных клубов. При этом нередко можно услышать, что наш чемпионат едва ли не сильнейший в Европе…

— Много денег вкладывается в чемпионат, у нас выступают сильные игроки. Отсюда такое мнение. Что касается количества клубов, то на нём сказалось создание турнира дублирующих команд, в который перешли, например, дубли ЦСКА, «Химок» и других клубов, ранее выступавшие в высшей лиге. Турнир дублей, конечно, слабоват по своему уровню. Сейчас, насколько я знаю, дублирующим командам вновь хотят разрешить выступать в высшей лиге. Все эти пертурбации не понятны. Была бы в течение долгого времени единая схема проведения чемпионата — и наш баскетбол бы развивался. Постоянные реформы, я считаю, не очень хороши.

— А вы, вообще, задумывались над тем, как повысить уровень нашего чемпионата, привлечь к нему больше внимания болельщиков?

— В первую очередь необходимо сделать единый сильный чемпионат. И начать его продвигать: рекламировать, проводить какие-нибудь акции… На того же Андрея Кириленко можно собрать полный зал. Болельщики ведь хотят ходить на баскетбол, но многих отталкивают всевозможные околобаскетбольные скандалы и нынешняя неопределённость. Самара, например, очень баскетбольный город, всю «МТЛ Арену» можно заполнить только теми, кто сам занимается баскетболом. В этом отношении не нужно ничего нового выдумывать, просто грамотно использовать имеющиеся возможности. Хотя у нас клубы, например, в финансовом отношении, в отличие от НБА, от болельщиков никак не зависят, поэтому, наверное, и не работают с ними в должном объёме.

— Нет обиды на любителей спорта или журналистов, всё внимание которых приковано к футболу, хотя там ни наши клубы, ни сборная ничем особенным похвастаться не могут, тогда как баскетбол, где успехов гораздо больше, остаётся в тени?

— Нам жаловаться не на что. В лёгкой атлетике у нас немало олимпийских чемпионов, а денег туда практически не вкладывают. А у футбола традиционно много болельщиков. Я, правда, не понимаю, почему нашу футбольную сборную сейчас начали буквально гнобить. Проиграли и проиграли, это спорт, всякое бывает. Если баскетбольные болельщики не устраивают гуляний в честь наших побед, значит, их и не надо…

— Почему на общедоступном ТВ так мало баскетбола, опять же, в отличие от футбола?

— Причина, наверное, в том же — в недостаточном внимании болельщиков. Хотя здесь выход очевиден — делать качественные интернет-трансляции. В минувшем сезоне бывало так: хочешь посмотреть какой-нибудь интересный матч, включаешь Интернет, а там не то что звука нет, иногда и картинка пропадает. В этом отношении приятно удивили трансляции недавних товарищеских матчей нашей сборной из Литвы. Знаю, что в Нижнем Новгороде и в Самаре домашние матчи своих команд транслировали на местном телевидении в неплохом качестве. Показ матчей на «ПБЛ-ТВ» в лучшем случае одной камерой с одной точки только отпугивает потенциальных болельщиков.

Во второй части своего интервью Дмитрий Головин вспоминает прошлый сезон, ставит цели на будущий и оценивает свои шансы на попадание в НБА.

SportLook.ru

Автор: Алексей Козуб