Интервью // Дмитрий Головин: «Подавать полотенца в НБА мне вполне по силам». Часть 2

SportLook.ru

Автор: Алексей Козуб

Баскетболист «Нижнего Новгорода» Дмитрий Головин наслаждается отпуском в родной Самаре и специально для читателей SportLook вспоминает прошлый сезон, ставит цели на будущий и оценивает свои шансы на попадание в НБА.

— Год назад, после удачного дебюта в ПБЛ, вы ушли «на повышение», сменив «Нижний Новгород» на УНИКС. Не был ли тот шаг рискованным, ведь УНИКС считается не лучшим клубом для развития молодых игроков?

— Особого риска не было. Не факт, что останься я в «Нижнем Новгороде», продолжил бы стабильно играть, ведь на моей позиции были два иностранца, Неманья Протич и Джей Ар Бремер. Я поговорил с Евгением Пашутиным, он сказал, что я буду иметь свои 5−10 минут, а дальше все будет зависеть только от меня. Да и уйти из УНИКСа в какой-то другой клуб, если бы я не заиграл там, мне было бы проще, чем из «Нижнего». В итоге получилось все нормально: я вернулся в тот же «Нижний» и стал играть.

— То есть вы не жалеете о переезде в Казань и считаете это решение оправданным?

— Конечно. В том решении было много плюсов. Я играл в сильной команде рядом с хорошими баскетболистами и грамотным тренером. Совместные тренировки, например, с таким классным игроком, как Генри Домеркант многое дают. И вообще я увидел несколько иную, чем в «Нижнем», кухню. И в Евролиге поиграл, поездил по Европе, увидел много интересного.

— Кстати, в матчах Евролиги вы в сумме провели на площадке около десяти минут. Уместно ли в этом случае говорить о каком-то приобретенном опыте?

— Все познается в сравнении, и вот в сравнении с тем, у кого такого опыта не было, я, возможно, и выигрываю. Хотя десять минут, конечно, не очень серьёзно. Но здесь больше какого-то личного опыта, личных впечатлений. И «галочка» теперь есть — участие в Евролиге.

— А насколько тяжело было после полугода, когда вы имели всего несколько игровых минут, возвращаться к роли игрока основы?

— Тяжелее всего на первых порах, конечно, было физически: я просто не был готов много играть. У УНИКСа был очень напряженный календарь, для тренировок оставалось мало возможностей. Если ты играешь, скажем, по тридцать минут, тебе тренировки и не нужны, а если не играешь, да еще и нормальных тренировок почти нет — сложно поддерживать физические кондиции. И, конечно, не хватает уверенности в себе. Например, теряешь мяч и не понимаешь, почему это произошло: ведь год назад ты все умел, а сейчас у тебя ничего не получается. Руки опускались…

— А как в «Нижнем» встретили после возвращения?

— С пониманием. Многие игроки остались с прошлого сезона, поэтому влился в коллектив без проблем. «Нижнему» был нужен игрок на мою позицию. К тому же я, в отличие от легионеров, больше играю на партнёров, так что все были довольны.

— Год назад вы говорили, что вам нужно прибавлять в физических кондициях. А сейчас как считаете, в чем нужно прибавить?

— Наверное, так же нужно работать над улучшением физических кондиций, их всегда можно улучшать и улучшать. Тем более у меня в этом отношении особого прогресса не было. Плюс еще трехочковый бросок.

— А из своих сильных качеств какое можете отметить?

— Считаю, у меня хорошее видение площадки, я всегда стараюсь отдавать передачи, прибавил в среднем броске. Несколько раз получалось играть спиной против маленького разыгрывающего, но здесь нужно больше опыта…

— В новом сезоне какие-то цели лично для себя определите?

— Пару раз сверху забить, а то пока мне всего один раз это удалось, в игре против ЦСКА. А в остальном еще не загадывал. Как и любой баскетболист, скажу, что главное — избежать травм и получать больше игрового времени.

— Как проходит ваш отпуск? Вы все время проводите в Самаре?

— Да, практически все время в Самаре. Ездил пока только в Санкт-Петербург на пару дней на хип-хоп фестиваль. Ни в какую Турцию не хочу. Думаю, скоро погода наладится, и можно будет и здесь ходить на пляж.

— Как-то поддерживаете себя в форме?

— Купил абонемент в тренажерный зал, но ходил туда пока всего два раза, иногда играю в баскетбол или пляжный волейбол с друзьями. Основательно возьмусь за возвращение боевых кондиций ближе к августу, к концу отпуска. Все лето тренироваться все-таки нельзя, нужно немного отдохнуть, иначе уже к середине сезона устанешь. Нужно давать себе отдых от больших физических и психологических нагрузок. Кстати, именно поэтому Андрей Кириленко иногда пропускал выступления в составе сборной — просто, чтобы хоть немного отдохнуть. Если игрок в самом деле устал, пусть он и лидер сборной — пусть он лучше отдохнет, чем приедет без желания, а молодые баскетболисты получат свой шанс. У нас же сразу начинаются обиды среди болельщиков, которые не понимают, что баскетболистам тоже нужно отдыхать.

— Но отдыхать ведь можно по-разному. Со слов Патрика Беверли все узнали о том, что официальным напитком чемпионата России по баскетболу следует признать водку со спрайтом…

— Это давно должны были все знать (смеется). Ну, выпил Беверли с партнерами после победы — они ведь это и не скрывают. Было бы странно, если бы они выигрыш не отметили.

— Находясь в Самаре в отпуске, вы не забываете про баскетбол: участвовали и стали победителем крупного стритбольного турнира, помогли команде своего вуза выиграть студенческий чемпионат Самары. Как в клуб к этому относятся, нет ли каких-либо ограничений или запретов?

— Стритбол, хотя и игра достаточно жесткая и контактная, к экстремальным видам спорта все же не относится, поэтому ограничений нет. Травму можно получить и просто на улице. А к играм студенческого первенства специально старался подгадать с отпуском, попросил разрешения участвовать и у Сергея Панова, и у Зорана Лукича. Хотелось помочь команде своей архитектурно-строительной академии достойно выступить, чтобы, чего греха таить, и мне потом немного помогли с защитой диплома, которая мне предстоит на днях (смеется) . И здесь тоже все обошлось без происшествий, если не считать, что в финальном матче я получил пять фолов.

— С какими эмоциями и настроем вы, недавно привлекавшийся в сборную России, выходили на матчи студенческого чемпионата?

— Я старался выкладываться по максимуму. В матчах студенческих команд есть своя специфика, которую очень сложно объяснить. Ты приезжаешь и начинаешь совершать непонятные пробежки, не забиваешь из-под кольца, тебя накрывает парень с ростом 180 см… Не так-то легко там играть, как может показаться.

— Вашему другу Дмитрию Кулагину многие пророчат дорогу в НБА. Как считаете, у него есть шанс туда попасть и закрепиться?

— Мне очень тяжело об этом судить, потому что я даже не знаю, как туда вообще попадают, по каким принципам клубы НБА выбирают себе игроков, как работают агенты… Иногда смотришь: ничего особенного игрок не представляет, а потом оказывается в НБА. Это очень специфическая лига, под неё нужно подстроиться, попасть в свою команду.

— Алексей Швед и Андрей Воронцевич могут оказаться в НБА уже нынешним летом…

— Сложно рассуждать, получится у них или нет. Но почему бы не поехать и не попробовать свои силы, если появится такая возможность? Вернуться в Россию они всегда смогут, команда им здесь найдётся. Ты можешь и не стать там звездой, но попробовать использовать шанс необходимо. Швед и Воронцевич — молодые ребята, у них есть большое желание себя проявить… Пример Тимофея Мозгова, который, возможно, не так много играет, но видит всю заокеанскую баскетбольную жизнь изнутри, у всех перед глазами. Наконец, кто вообще скажет, что не хотел бы уехать в НБА, а хочет остаться здесь, играть при пустых трибунах, непонятно в каком турнире, матчи которого не показывают по телевидению?

— А себя можете представить в НБА?

— Могу, конечно. Подавать полотенца мне вполне по силам (смеется).

— Есть ситуации, которые проще представить. Например, выбор между скамейкой и «бумажными» титулами в ЦСКА или игровым временем в «Нижнем»…

— А почему, если ты и сидишь на скамейке во время матчей, титулы, завоеванные командой, не имеют к тебе отношения? Ты ведь участвовал в тренировочном процессе, в создании необходимого микроклимата — это все тоже очень важно, не стоит недооценивать. Да и откуда ты можешь знать, что окажешься именно на скамейке? Ты всегда должен быть готов подменить лидеров в матче с более слабым соперником. Быть в ЦСКА даже одиннадцатым-двенадцатым игроком ротации совсем не позорно, как некоторые, наверное, считают. Да и приглашение в ЦСКА нужно еще заслужить, это признание того, что ты достиг какого-то определенного уровня. Плюс еще и финансовую сторону вопроса никто не отменял. Так что здесь однозначного ответа быть не может, нужно рассматривать каждый случай отдельно.

— Кстати, год назад в интервью вы разделили свою мотивацию к занятиям баскетболом поровну как раз между деньгами и удовольствием, то есть 50 процентов отдавали материальной стороне, другие 50 — стремлению добиться успеха или просто получать удовольствие от игры. Сейчас что-то поменялось в этом соотношении?

— Финансовая сторона немаловажна. Нельзя сказать, что кто-то играет исключительно ради любви к баскетболу. Большие нагрузки, нереальный график в течение года, тренировки и перелеты оставляют мало места для любви к игре. Лично мне, если упрощать, нравится то, чем я зарабатываю деньги, мне нравится баскетбол, нравится в него играть, в тот же стритбол летом я хожу играть не ради призов, а ради удовольствия и общения с друзьями. Но и денежная составляющая присутствует: я ведь должен зарабатывать себе на жизнь, я же не могу в тридцать лет закончить играть, не имея денег, весь покалеченный травмами, а у меня будет семья, которую нужно кормить. Деньги всегда так или иначе в уме держишь. Например, переходишь в команду, в которой получаешь возможность много играть, соответственно себя проявить. А проявив себя, ты можешь заключить контракт на новых, более выгодных условиях. При этом все, конечно, мечтают и о титулах, и о чемпионских перстнях, и, возможно, кто-то, неплохо заработав к концу карьеры, перейдет ради них в какую-либо команду на минимальный ветеранский контракт, как Гэри Пэйтон в «Майами». С другой стороны, даже получая деньги, но не играя, сидя на скамейке, ты перестаешь получать от баскетбола удовольствие…

— Вы поработали под руководством таких разных тренеров — Зорана Лукича, Евгения Пашутина и Дэвида Блатта. Чья-то методика и манера работы ближе остальных?

— У каждого из этих тренеров свой подход к команде. В УНИКСе, например, не надо было никого заставлять, надо было просто организовать и направить тренировочный процесс. В «Нижнем», напротив, команда молодая, у игроков еще нет опыта, кто-то может быть немного расхлябанным, поэтому тренеру иногда приходится себя вести жестче. Возможно, окажись Лукич в УНИКСе, а Пашутин в «Нижнем», они бы поменяли манеру работы. Лично для себя за все время, что выступаю, понял: любимый тренер — тот, у кого я играю. Других критериев нет.

— А из игроков кто вам нравится больше остальных?

— Сейчас много звёзд. Леброн Джеймс, конечно, настоящий король, я восхищаюсь им и его способностью обыграть всю команду соперника. Но научиться играть так, как он невозможно. Ты ж не сумеешь так бить сверху, если у тебя «физика» совершенно не та. Если говорить о моей позиции, то мне нравится, как играет Джейсон Кидд, берущий свое не за счет выдающихся физических данных, а за счет светлой головы.

— Из российских игроков кого отметите?

— Андрея Кириленко, лучшего игрока, выступающего в Европе. Из остальных — те же, что и в сборной играют. Например, Сергей Моня и Виктор Хряпа, достаточно долго играющие на стабильно высоком уровне. Из молодых — Алексей Швед и ощутимо прибавивший Сергей Карасев.

— Насколько тяжело выходить на площадку, зная, что с трибуны за тобой внимательно наблюдает отец? (Владимир Головин в 1980-е годы выступал в Высшей лиге чемпионата СССР за куйбышевский «Строитель», а в 2000-е работал тренером в женском баскетбольном клубе ВБМ-СГАУ. — Прим. SportLook)

— Отец часто приезжал на мои игры и в Нижний Новгород, и в Казань. В Самаре, когда в марте мы приехали с «Нижним», я очень волновался, но больше не из-за отца, а потому, что, наверное, половину зала знал лично. Мы тогда проиграли, но я сыграл вроде бы неплохо, так что в следующий раз уже так волноваться не буду. С отцом мы, конечно, общаемся на баскетбольные темы, но он меня сильно не критикует, наоборот, подбодрит, если сыграю неудачно. Обращает внимание на некоторые нюансы, иногда советует сыграть поагрессивнее, взять игру на себя.

— Как велика роль отца в том, что вы решили стать баскетболистом?

— Мне повезло, что он был тренером, я с шести-семи лет ходил к нему на тренировки, кидал мяч и в итоге заразился баскетболом. Никакого давления или протекции с его стороны не было, хотя, конечно, он следил за тем, как я тренируюсь. И я очень ему благодарен, что и с его помощью тоже стал баскетболистом.

— Можете себе представить свою жизнь без баскетбола?

— На данный момент нет. Хотя, если будет необходимо, всегда найду себе какую-нибудь работу, мешки, например, таскать (смеется). Но и тогда баскетбол останется, пусть и на уровне развлечения.